Вот о чем там судачат эти люди?

Дискредитация врачей в России приняла угрожающие масштабы: еще немного – и система здравоохранения начнет обваливаться.

Пациент имеет право на уважительное отношение со стороны медицинских работников, но обязанностей у него нет…

«Медицинские работники недальновидно зачистили поляну квалифицированного надзора, заинтересованного в качестве врачебной помощи, – говорит он. – Это касалось и разбирательств в судах с акцентом на ответственность юрлица (больницы). Но свято место не пустует – теперь страховщиков сменили следственные органы, которые и активизировали запрос населения на справедливость. Но административному медицинскому лобби это выгодно, поскольку ответственность, теперь уже уголовную, несет конкретный врач».

…медицина стала единственной профессиональной сферой, которую правоохранительные органы берут под особый контроль.

«Но основная масса приговоров, вынесенных в связи с грубейшими дефектами при оказании помощи (многие из них – в особом порядке), предусматривает для врачей условные сроки или ограничение свободы. При этом материальная ответственность врача обычно сводится к компенсации морального вреда, иногда – к выплатам по потере кормильца, и речь обычно идет о небольших суммах».

Главную сложность адвокаты пациентов усматривают в том, что медицинская экспертиза редко позволяет установить причинно-следственную связь между действиями врача и негативными последствиями для здоровья больного, в том числе из-за корпоративной солидарности медицинских работников.

Единых принципов судмедэкспертизы в России нет, указывают юристы. «Это значит, что Следственный комитет будет назначать независимую экспертизу, пока не получит данных, которые ему необходимы».

«В обвинительном заключении по делу – только голословные утверждения. Там не говорится, что анестезиолог предвидел последствия своих неправильных действий, и мы не знаем, как он эти последствия оценивал. Кто скажет, что это было – прямой умысел, косвенный умысел или легкомыслие?» При этом после случая со смертельным исходом анестезиолог еще шесть лет занимался врачебной практикой – от работы его не отстраняли.

«Мы ориентировались на немецкий опыт, когда во главе комиссии стоит не врач, а судья или опытный юрист, чтобы исключить конфликт интересов. Все поступающие документы обезличиваются и рассматриваются экстерриториально. Система работает. К нам сейчас обращается Следственный комитет, суды, защитники. Но все это очень медленно оформляется в виде закона».

Минздрав заверил, что работает над поправками к проекту закона.

Нездоровые отношения в театре абсурда

Ну вот ведь бред наяву! Непонятно лишь, кто (журналист или спикеры) бредит и насколько глубока патологическая причина этого бреда.

Для начала: мухи – отдельно, котлеты – отдельно.

Подводя итоги сказанному, хочу заметить, что на фоне возросшего среднего уровня информированности в обществе резко упал средний уровень знаний, профессионализма, владения своим делом. Уже давно стало принятым плыть по течению и не принятым иметь, демонстрировать и обосновывать свои взгляды на вещи. Мало кто задумывается над смыслами и истоками явлений.

Поэтому еще не раз предстоит открыть Бориса Пастернака: Во всем мне хочется дойти До самой сути…

“Ты просто не умеешь их готовить!

“В связи с позицией Национальной медицинской палаты о том, что “за неумышленные осложнения врач не должен сидеть в тюрьме”, рабочей группой проработан вопрос о введении альтернативных лишению свободы мер наказания медицинских работников за неумышленные преступления в проекте статьи 124.1 УК РФ”, – отметили в СК.

Совместная рабочая группа заявила о необходимости разработки подхода к ответственности медработников за ненадлежащее оказание медицинской помощи, исключающего уголовную ответственность. При этом требования потерпевших должны быть удовлетворены с учетом модели страхования деятельности медработников.

О совместной работе Следственного комитета и Национальной медицинской палаты

СК предложил ввести в новую статью о врачебных ошибках наказание без лишения свободы. Ведомство выразило солидарность с позицией Национальной медицинской палаты

СК согласился не сажать врачей в тюрьму за ошибки

И вот у меня по этому поводу закралось несколько вопросов.

Или я что-то пропустил?

“Ты все пела – это дело…”

Проект приказа Минздрава по организации внутреннего контроля качества и безопасности медицинских услуг требует корректировок, считают эксперты Общероссийского народного фронта и предлагают ведомству создать совместную согласительную комиссию по доработке документа.

Эксперты ОНФ также предлагают на уровне Минздрава разработать сборник единых стандартов контроля качества и безопасности медицинских услуг, которые не будут вступать в противоречие с существующими нормативными документами, оптимизировать оценочные листы, предусмотреть обучение аудиторов и заложить время на переход к новым стандартам.

ОНФ предложил Минздраву совместно доработать документ, который эксперты назвали катастрофой

Стесняюсь спросить, а что мешало фронтовикам считать и предлагать не ПОСЛЕ, а ДО принятия ФЗ-323?

Почему вместо исправления глупостей было не допустить их инвазии в законодательство?

Неужто было не понятно, что не может стоять вопрос контроля качества и безопасности медицинской деятельности, если формально не дано определения ни характеристике качества, ни характеристике безопасности, ни самому объекту обеих этих характеристик?

Неужто было не понятно, что не может стоять вопрос контроля качества и безопасности медицинской деятельности, если не определено сущностное различие между качеством и безопасностью?

Ну, действительно, качество – это категория пользы, а безопасность – это категория вреда.

Качество товара (а медицинская услуга – это товар) повсеместно оценивается, во-первых, потребителями (а не бюрократией); во-вторых, рублем (ну, или местным валютным эквивалентом); в-третьих, соразмерно цене. Принцип прост: лучше меньше, да лучше, строго по-ленински.

Безопасность медицинской услуги (а равно и профессионального пособия в ее составе – медицинской помощи) определяется риском для здоровья в соответствии со степенью риска, которому оно подвергается (в этом состоит обоснованный риск при осуществлении профессиональной деятельности).

И лицензирование, и государственный надзор за медицинской деятельностью в целом, с одной стороны, и суд, с другой стороны, сходятся (точнее, должны сходиться, как это существует за рубежом) на категории безопасности медицинских услуг – только лишь с разных сторон. Надзор призван обеспечивать профилактику недостатков безопасности в деятельности хозяйствующих субъектов, а суд – возмездие за их допущение.

Понятно, что все происходит в гражданском обороте (где, собственно, единственно и может осуществляться медицинская деятельность), а не в кабинетах бюрократии.

Оценка качества и безопасности медицинских услуг нужна участникам гражданского оборота, чтобы он складывался максимально эффективно под удобство жизни общества. Это – вопрос горизонтальной координации общественных отношений.

И никому с доплатой не нужно, чтобы эти отношения строились под удобство их оценки чиновничеством – по вертикали субординации.

Потому что единственным способом такой оценки – в случае расхождения мнений по этому поводу сторон этих отношений – является судебная процедура (разумеется, если и она обладает нужной эффективностью).

Фронтовикам же до ламбады, чем там оно определяется – то, что должно быть. Они и сами “рождены, чтоб сказку сделать былью”. И сами придумают, как оно должно быть. И неважно, согласуется это или не согласуется с реальностью. Понадобится – свои хотелки выдадут за проектируемую реальность, совпадет она или не совпадет с действительностью, привнесут эти хотелки в жизнь улучшения или ухудшения. Примеров уже перед глазами – тьма. Ну, будет еще один. Или десяток. Или сотня.

Они же за народ радеют. Целым фронтом. Вот, чтобы не жег позором и пр., они и хотят “…разработать сборник единых стандартов контроля качества и безопасности медицинских услуг, которые не будут вступать в противоречие с существующими нормативными документами, оптимизировать оценочные листы, предусмотреть обучение аудиторов и заложить время на переход к новым стандартам”.

То есть хотят поменять к лучшему БЮРОКРАТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕДУРЫ.

Вместо того, чтобы поменять к лучшему ЖИЗНЬ ЛЮДЕЙ, убрав из нее все несвоеместные бюрократические процедуры.

Вот почему Маяковский со своими “Прозаседавшимися” останется актуальным, пока будет все вот так по Блоку: Ночь. Улица. Фонарь. Аптека…

Цена вероничкиных ужимок и прыжков

Россия в рейтинге здоровых стран оказалась между Кабо-Верде и Вануату

В 2018 году смертность населения выросла в 32 регионах России. Смертность населения выросла в 32 регионах России, хотя средний показатель по стране в 2018 г. остался на уровне 2017 г. К таким выводам пришли эксперты Фонда независимого мониторинга «Здоровье» на основе данных Росстата.

Игры в статистику с кампаниями “против” (курения, алкоголя и пр.) ни к чему толковому и не могли привести.

А про содержательную деятельность “за” она представления не имеет.

“Главное – чтобы костюмчик сидел”. В высоком кресле.

Весна косит ряды законодателей

«… медработники могут застраховать свою профессиональную ответственность в добровольном порядке и исключительно за свой счет».

Минздраву предложено подготовить законопроект об обязательном страховании ответственности медработников

Из-за отсутствия независимой медицинской экспертизы многие врачи уходят от сложных решений, нужных для пациента

Депутат призывает Минздрав создать институт независимых медэкспертов

“А весна, казалось, будет вечной…”, если думцы не будут подвергаться предварительной “независимой экспертизе” психиатрами.

UPD: Да, все-таки это весна!

В России предложили закрывать супермаркеты по выходным

Как таких людей пропускают во власть?

Государство может ввести допуски на медицинский рынок для частного бизнеса, чтобы он не конкурировал с государственными учреждениями. Об этом заявил руководитель Росздравнадзора Михаил Мурашко на сочинском форуме «Здоровое общество. На пути к цели 80+».

«Должен произойти полный пересмотр подходов к привлечению частных инвестиций, и это касается не только программы госгарантий, но и вхождения на рынок медицинского бизнеса в целом, – сказал руководитель надзорного ведомства. – Потому что ресурсы, используемые для здравоохранения, ограничены».

Допуск на медицинский рынок могут принудительно ограничить

Глава Росздравнадзора Михаил Мурашко полагает, что отрасль нуждается в пересмотре подхода к привлечению частных инвестиций в сегмент оказания медицинской помощи. Частные клиники, создаваемые «на том же поле», что и государственные, переманивают медицинские кадры и наиболее прибыльные виды медпомощи, считает он. Поэтому можно опереться на опыт стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и выдавать лицензии только после анализа потребности в тех медуслугах, которые задумал оказывать частный оператор.

МИХАИЛ МУРАШКО ПРЕДЛОЖИЛ ВЫДАВАТЬ ЧАСТНИКАМ ЛИЦЕНЗИИ НА МЕДДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ТОЛЬКО ПРИ НАЛИЧИИ ПОТРЕБНОСТИ В ИХ УСЛУГАХ

А, может быть, не на опыт ОЭСР опираться, а свою голову включить? Ну, если есть, что включать.

Может быть, подумать над ликвидацией как раз государственных учреждений?

Может быть, именно они представляют собой проблему для развития конкурентной эффективности экономического оборота в отрасли?

Может быть, не будь их, государство сосредоточилось бы на управлении финансов для оплаты медицины, как в тех же странах Организации экономического сотрудничества и развития, вместо того, чтобы продолжать вбухивать средств в прорву государственных учреждений?

Может быть, проблема не в пересмотре подходов к привлечению частных инвестиций и вхождения на рынок медицинского бизнеса в целом, а в существовании таких вот государственных мужей и отсутствии фильтров их речевой продукции?

 

Вероничкины скрепы: курение и алкоголизм

Оказывается, здравоохранение у нас находится между двух огней: курением и алкоголизмом.

С которыми, собственно, наша стеничная министресса и борется.

И это – предмет обсуждения не только среди медиков: Наверное, она просто не любит мужчин. Да и всех россиян…

Новая концепция развития здравоохранения, как ее видит Скворцова – “каждый человек из пассивного участника должен превратиться в активного партнера в сохранении собственного здоровья”.

Разберем детально этот ее постулат.

1. Каждый человек ДОЛЖЕН.

Должен – кому?

Вероничке? Может быть, все сколько там – сто сорок – миллионов дорогих россиян задолжали министрессе? Тогда – когда, сколько, в силу чего? А она – старуха процентщица? И где в этом случае ходит Раскольников? Пошто тянет?

А-а, нет! Каждый задолжал не лично Скво, а в ее лице всему, так сказать, институту, который она представляет! Власти то есть! Государевым людям. Чиновничеству. Бюрократии. Слугам народа, одним словом.

Ну, это больше похоже на правду. Тем более, что глас народа это подтверждает и на перспективу: ГЛАВНЫМ РИСКОМ НАЦПРОЕКТА «ЗДРАВООХРАНЕНИЕ» ПРИЗНАНА КОРРУПЦИЯ

Но продолжим.

2. Должен – на каком таком основании?

На основании указующего перста одержимой дамочки при должности? Ну, для исполнения велений наполеонов и прочих цезарей у нас существуют целые дома скорби. Правда, вельми плохо финансируемые – благодаря ей же.

Все прочие основания – только в силу закона. Федерального, на минуточку. В силу оснований, перечисленных в Конституции. В третьем пункте 55 статьи: “Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства”.

3. Про “пассивного участника” и “активного партнера”.

Вот я не понял: это она про людей нетрадиционной сексуальной ориентации? Ничего не имею против них, но, как бы унизительно для Веронички это не было, я к ним не отношусь. Допускаю, что ошибаюсь, но думаю, что и 90% популяции тоже.

4. Про “партнера” – отдельно.

Партнер – он же не обязательно половой. Хотя и такое понимание термина Вероничкой, видимо, не исключается.

Партнер – это тот, кто на одной с тобой стороне. В том числе и против прочих третьих лиц. Партнёр (фр. partenaire — участник): Напарник, соучастник. сожитель. участник в какой-либо совместной деятельности. Компаньон по бизнесу. Член какого-либо партнёрства. Это словарное определение.

Это не контрагент, с которым совершаются сделки в порядке обмена предоставлениями. Например, на рынке. Или в верхах, когда  интересы не основаны на том, чего хотел добиться друг детства Остапа Бендера Коля Остен-Бакен от подруги его же детства, польской красавицы Инги Зайонц – на взаимности. Об этом, например, не знают в наших верхах, называя партнерами именно контрагентов.

И вот интересно, партнерами кого “в сохранении собственного здоровья” должны становиться граждане в глазах Скво? [Или правильнее сказать “подвластные в глазах власти”?] Партнерами самой Веронички? Или партнерами Министерства, Правительства и Президента? Или партнерами друг друга (соседей, родственников, работодателей и т.д.)? Или партнерами, не приведи Господи, врачей?

А с учетом вышесказанного – если все задолжали власти, но должны с ней партнерствовать – как-то власть получается с низкой социальной ответственностью, не? Она – кагбэ партнер и со всеми партнерствует в долг. Какой-то публичный дом. Или я ошибаюсь?

5. Про “сохранение здоровья”.

“Чтобы продать что-нибудь ненужное, — сердится кот, — надо сначала купить что-нибудь ненужное” (с).

Чтобы сохранять здоровье, его надо иметь на доступном для сохранения уровне.

Нельзя сохранять то, что не имеешь возможности сохранить.

Чтобы сохранить что-то хранимое, надо сначала обеспечить сохранность этому хранимому.

А здравоохранение, перефразируя незабвенного Грызлова, это не то место, где сохраняют здоровье.

Здравоохранение – это та сфера, где граждан верстают в здоровые. Как в казаки.

Ну, а кто не с нами, тот – против нас. И против себя. И против всех. Его нужно подвергнуть остракизму. Как Фемистокла, Аристида и Дамона.

Тогда расчистится путь скворцовым, “чтобы переложить высокую смертность россиян на них самих. Т.е. спасение утопающих – дело рук самих утопающих. А Скворцова тут вообще не причем. Умерли – сами виноваты. Пить надо меньше”.

Коррегируйте свою речевую продукцию – здесь вам не там!

UPD: Минздрав представил, предположительно, последнюю версию стратегии по продвижению здорового образа жизни в правительство. Новый документ в сравнении с предыдущими версиями более концептуален, сильнее ориентирован на стимулирующие госрасходы и в меньшей степени на экономические меры принуждения к благополучию. Текст уже не содержит идей жесткого регулирования производителей питания, которые ранее блокировало Минэкономики. Экономические стимулы к сохранению здоровья, предлагаемые Минздравом, вряд ли могут быть реализованы в ближайшее время, хотя стратегия может быть согласована правительством до 15 февраля.

Подоспела информация вовремя.

Вот совершенно понятно, что не экономист она ни разу.

Но могут ли возникнуть предположения, что она врач-организатор?

ОдумИлся: с кем это он там?

Председатель Комитета Госдумы по охране здоровья Дмитрий Морозов заявил, что не поддержит предложения Национальной медицинской палаты об особом социальном статусе врача по аналогии с сотрудниками МВД, суда и прокуратуры.

«По мнению юристов, придание особого социального статуса врачу сразу даст ему такие же обязанности и многократное усиление ответственности. А у нас ответственность медицинских работников и так уже очень серьезно прописана. И я, например, являюсь сторонником рассмотрения административного наказания и штрафов и некоего сужения уголовного, потому что мы уже не можем так жестко регламентировать работу…”

Дмитрий Морозов: особый статус врача приведет к многократному усилению ответственности

Уже хорошо, что г-н Морозов не согласился с попыткой приравнять врача “по социальному статусу” к сотрудникам МВД, суда и прокуратуры: в силу очевидности отсутствия признаков сходства с государственными служащими, должностными лицами, “государевыми людьми”.

Уж насчет многократного усиления ответственности здорово сомневаюсь, как можно сомневаться в отношении веса катка, давно раздавившего лягушку: будет этот вес на 5, 50 или 500 кг больше – раздавленной лягушке уже не шибко интересно.

А насчет административки законотворца здорово подводит чуйка и грамотешка: устное порицание раздавленной катком лягушке едва ли послужит мягким, послабляющим уроком.

Ему бы юристом быть и организатором, а он, как и все там в Думе спортсмены, актеры и бизнесмены, лишь на словесный замах и способен.

Организацию менять надо, организацию охраны здоровья, а не над тушками медиков и пациентов опыты проводить.

Но умище некуда девать!

Скрепы есть – мозгов нет

Вероника Скворцова отметила, что для создания единой системы здравоохранения есть единые скрепы: единая нормативная база и методология, программа госгарантий, единая тарифная политика и база ОМС, единые способы оплаты для разных видов медицинской помощи и методика расчета потребности в медицинских кадрах.

Вероника Скворцова: для создания единой системы здравоохранения есть единые скрепы

Даже одна неверная посылка на входе рождает недоразумение на выходе.

А тут полностью отвлеченные от реалий искусственные построения предлагается считать путём к сдвигам в невиртуальной действительности?

Вокруг – всё хуже и хуже, а в речах клоунессы – всё только лучше и лучше.

Кому она втирает?

Дойка бюджета не удается. Мешают заборы. Виноват Минздрав. А то бы население выздоравливало бы, как мухи!

Вступивший год назад в силу закон о телемедицине не способствовал развитию отрасли, а, наоборот, привел к потере к ней интереса со стороны медучреждений. Это следует из опроса представителей более сотни клиник. Так, в 2018 году 72% клиник внедрили в своих учреждениях телемедицину, но только 67% готовы продолжить развивать ее в 2019 году. Это может быть связано с рядом до сих пор не решенных Минздравом регуляторных вопросов.

Клиники отворачиваются от телемедицины. В этом виноваты законодательные барьеры

А ничего, что сопутствующих телемедицине проблем – куда более существенных – воз и маленькая тележка?

Например:

Лечение по телевизору, оплата по факсу

И почему они не хотят подставляться?

Захотелось начать все менять и встать – а удалось только пукнуть и лечь

И это только “например”.

Несколько лет увлеченности дурью – и вот, наконец, нечаянная радость: забрезжило долгожданное понимание.

Профаны сраму не имут

В белорусской системе права отсутствует правовой термин «медицинская ошибка»

Прочитал этот бред с удивлением.

Думал, что в Белоруссии непрофессионализм не такой масштабный, как в России.

Кто такое пишет?

“Право все больше и больше проникает во все сферы общественной жизни”. Ну да, кислород все больше проникает во все молекулы воздуха – очень свежее наблюдение!

Не закон даже, а право. Жили же до сих пор без права, никогда такого не было, и вот опять – проникает!

“Когда мы говорим о медицинской ошибке, нужно понимать, что медицинский персонал отвечает за свои действия в нескольких плоскостях: гражданско-правовой, уголовной, административной, трудовой и так далее”.

“Медицинский персонал”, на минуточку.

Вот интересно, кто говорит о медицинской ошибке? Притом что “В белорусской системе права отсутствует правовой термин «медицинская ошибка». У кого может возникать вопрос о медицинской ошибке? Разве что у самого неизвестного автора этого бреда.

Дальше – больше.

“Что касается медицинской ошибки, то на первый план здесь выходят гражданско-правовые и уголовные аспекты проблемы. То есть, в зависимости от ситуации спор может решаться в рамках гражданского суда или уголовного дела. Заметим, что ответчиком в гражданском суде по делам о возмещении вреда вследствие ненадлежащего оказания медпомощи чаще всего является не сам медработник, а учреждение здравоохранения, где он работает”.

Оказывается, несуществующая медицинская ошибка не только проблематична, но и имеет аспекты проблемы, а именно – аспекты проблемы разрешения в суде: гражданском или уголовном.

При этом вне зависимости от того, гражданское это или уголовное дело, речь идет о споре.

А ответчиком – чаще всего! – является не работник, а работодатель. То есть не всегда, а обычно. Ответчиком. В том числе по уголовному делу. По щучьему велению.

“Заметим…”

Напоминает кем-то разбитое стекло, из осколков которого автор пытается сложить паззл прежней целостности – как у Пугачевой: “сделать хотел грозу, а получил козу”.

Вот откуда это стремление рассказывать другим то, что сам не осилил?

Именно это – бич нашего времени. Такой вот контагиозный синдром Даннинга-Крюгера.

Интересен состав курительной смеси

В итоге получается, что сегодня рассчитывать на справедливое разбирательство врачебной ошибки или даже его преступной халатности не приходится.

Возможность отозвать лицензию позволит врачебному сообществу избавиться от нерадивых коллег, а система штрафов – это хороший стимул к тому, чтобы врачи учились, повышали свою квалификацию.

Единственным выходом из ситуации может быть введение административной ответственности. Должен быть целый букет административных наказаний – от небольших штрафов до лишения права заниматься медицинской деятельностью. А то у нас сегодня из-под действия УК куча нарушений вообще выпадает.

Неосторожно умершие. Рассмотрению в судах дел о медицинских ошибках мешают цеховая солидарность и страх уголовного преследования

Вот какая такая врачебная ошибка?

Какая такая халатность недолжностного лица? И, кстати, она бывает и не преступной?

Ну, ладно, когда наш кучерявый вангует – диагноз обязывает, да и к этому все уже давно привыкли.

И что, журналисты тоже душевные такие пациенты? Или просто такие же невежды? Или эффект затягивания у кудряша такой?

Какую такую лицензию отозвать, у кого – у врача? У врача ее и не бывало.

Какие такие административные наказания взамен уголовной ответственности? Новое слово в юриспруденции?

Наказания-то – ради наказаний? Потому как поля УК на врачей не хватает? Чтоб уж в таком прыжке достать жертвенную тушку эскулапа?

Пришел из дурки клоун и как слон в посудной лавке переиначил теорию права?

Неужто кроме меня никто не задается всеми этими вопросами?

О доброжелательности излечения или О независимости от здравого смысла

Недоверие к врачам, согласно последнему опросу ВЦИОМа, выросло с 36% до 55% только за 2014–2016 годы. Это почти крах доверия! И если мы хотим его вернуть, необходимо сделать систему лояльной к пациентам. Лояльность складывается из четырех составляющих: доброжелательности, законности, этики и профессионализма. Обратите внимание, что этику мы ставим после законности.

Но на самом первом месте — именно желание пациенту добра.

Можно ли этому научить? Судя по тому, как изменилось поведение продавцов в магазинах со времен СССР (от грубости — к внимательности и учтивости), можно.

Доктора, конечно, испытывают намного больше негатива просто потому, что людям вокруг больно, они страдают, просят помощи. Но тем более, именно при всех этих сложностях надо сохранять доброжелательность или учиться ей. Не исключено, что именно она — лучшая защита от профессионального выгорания, но ею надо заниматься, об этом надо думать, чуть ли не тренировать, как чистку зубов по утрам. А профессиональным сообществам врачей и государству нужно начать обучать весь персонал и студентов лояльности. Иначе агрессия будет расти, пинки и грубость продолжат разъедать принципы медицинской этики. И тогда уже никакие медицинские способы не помогут, кроме чисто хирургических.

Излечение доброжелательностью. Правозащитник Александр Саверский — о том, как вернуть доверие пациентов к врачам

Проведением экспертиз по делам о врачебных ошибках будет заниматься специальный отдел Главного управления криминалистики Следственного комитета России, сообщила пресс-служба ведомства. Это решение было озвучено на совещании, по вопросам развития криминалистического центра, которое провел председатель СКР Александр Бастрыкин. «В текущем году в составе ГУК СК России создан отдел судебно-медицинских исследований, который будет заниматься проведением экспертиз по делам о врачебных ошибках», — говорится в пресс-релизе.

В СКР создали подразделение по делам о врачебных ошибках

Глава Комитета по охране здоровья Госдумы РФ Дмитрий Морозов поддержал пересмотр статей УК, касающихся преступлений «по неосторожности». «Я за то, чтобы большая часть ответственности переходила в административный кодекс, при том, что уголовному законодательству остается свое место. Тем более что мы постепенно будем двигаться к тому, чтобы все-таки доктор стал субъектом права и полновесным носителем врачебной лицензии», – отметил он.

Александр Бастрыкин потребовал исключить волокиту при расследовании «медицинских» дел

«Необходимо разработать специальный закон «О защите прав пациентов». В нем следует определить единый правовой статус пациента (сейчас разные источники дают разные определения), его права и обязанности, а также механизмы, обеспечивающие реализацию этих прав. Нужно также закрепить зоны ответственности определенных органов государственной власти и муниципальных образований, создать независимую судебно-медицинскую экспертизу и учредить должность уполномоченного по правам пациентов в РФ», – сказал первый заместитель председателя комитета Совета федерации по социальной политике Игорь Каграманян.

В обновленном законодательстве предполагается закрепить ответственность пациента за свое здоровье и ход лечения, определить права и обязанности общественных пациентских организаций, предусмотреть профилактику и решения конфликтов в медучреждениях и меры по профилактике профессионального выгорания медиков.

Как считают эксперты ОНФ, необходимо также развивать систему страховых поверенных и пациентских организаций и повысить информированность застрахованных пациентов.

Защищать права пациентов должен отдельный закон

Минюст предлагает создать службу защиты прав пациентов психиатрических больниц на базе института уполномоченного по правам человека в РФ, сообщил замглавы министерства Денис Новак. По его словам, Минюст разрабатывает законопроект, который предусматривает создание службы защиты прав пациентов психиатрических стационарных учреждений, которую в соответствии с международными обязательствами РФ должна создать.

Минюст предложил создать службу защиты прав пациентов психбольниц

В Госдуме разрабатывается вопрос о введении страховой ответственности каждого россиянина за собственное здоровье. О подготовке законопроекта агентству “Москва” рассказал зампредседателя Комитета ГД по охране здоровья Николай Говорин. – Мы хотим в перспективе ввести так называемую страховую ответственность человека за своё здоровье, когда человек был бы субъектом медицинского права, — сказал парламентарий.

В Госдуме предложили наказывать россиян за вред собственному здоровью. Речь идёт об обязанности пациентов неукоснительно выполнять рекомендации врачей после диспансеризации

Время такое. Время торжества дремучести.

Скоро Скво Матерью Терезой покажется

Может, в министры здравоохранения метит? Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев написал статью, в которой обозначил цели российской экономики до 2024 года. В ней он рассказал о «новом качестве здравоохранения», которое будет достигнуто благодаря равному доступу к помощи и персонифицированной медицине.

И понятно почему: Дмитрий Медведев: объем рынка телемедицины в РФ вскоре превысит 1 млрд долларов

У постели больного:
Пост сдала!
Пост принял!

Захотелось начать все менять и встать – а удалось только пукнуть и лечь

«ПОЧТА РОССИИ» ПЛАНИРУЕТ ЗАНЯТЬСЯ ТЕЛЕМЕДИЦИНОЙ

Помнится, еще Греф грозился почти тем же. До взрыва. И даже активчики прикупил. Справедливо полагая, что “если изменения снаружи происходят быстрее, чем внутри, то это значит, что конец близок”. Но… кроме хотелок, пока – ничего.

Почему?

Да потому что желаемое выдается за действительное. Мол, как захотим – так и будет. Да вот при таком подходе что-то постоянно идет не так. Вон, Скво с табаком последовала в непреклонности за предшественницей как Iron Lady, теперь, как и та, мутит что-то с алкоголем. А финал предсказуем.

Так что же НЕ ТАК?

Самое простое – применительно к инциативам Грефа – это подмена медицинских услуг услугами финансовыми. Но мерой последних первые почему-то (!) не развиваются.

Не менее простое – применительно к инициативам Почты России – это попытка отжать у медицины элементарное: тонометры, градусники и пр. Это наивно: во времена стремительного развития электроники даже пенсионеры предпочтут обвешиваться соответствующими гаджетами вместо перспективы тащиться в почтовое отделение мерить давление или температуру, или еще что.

А самое главное – медицина без врачей невозможна. В принципе. И не потому, что они – носители неких сакральных знаний, а потому что невербалику клинической картины никакой компьютер никогда не заменит. Как не заменит и основанную на специальных знаниях аналитику этой самой картины, тем более в нелинейной динамике.

В этом кроется и обратная сторона медицинского пособия: и комп, и человек в белом халате (даже с добрыми намерениями) способны причинить зло. Вред.

И потому всегда будет существовать проблема происхождения вреда: от этого самого пособия, от коварства патологии или от реактивности организма.

И пока эта проблема не будет решена, никакая теле-, цифровая или дигитальная медицина социальной интеграции не получит – кто бы и как бы ее не продвигал.

Ибо – кто ответит?