Феномен Даннинга-Крюгера в депутатском кресле

Морозов рассказал, как повысить в России правовую защиту медиков

Ну, начал за здравие: “… от термина «врачебная ошибка» нам вообще надо отказаться”.

И тут же – за упокой: Как пояснил парламентарий, сегодня под термином «врачебная ошибка» понимается что угодно: неуспех, неудача, неожиданная реакция организма, но не сами ошибочные действия. Если есть некое неблагоприятное событие, профессиональные ассоциации медиков должны сразу провести досудебную экспертизу, причём заниматься ей должен не один специалист, а группа экспертов. В свою очередь, следственный комитет должен учитывать результаты данного заключения. В профессиональных ассоциациях врачей необходимо развивать сильные юридические службы. Многие вопросы между пациентами и врачебным сообществом могли бы снять страховые представители. Облегчить работу медиков должен и принятый закон о клинических рекомендациях.

Действительно, где – ошибка, а где – ответственность? Рядом они точно не сидели. Ответственность наступает за правонарушение, а не за ошибку.

И не всякие “ошибочные действия” влекут ответственность, а лишь только приводящие к возникновению вреда тогда, когда он профессионально не оправдан.

И что это еще за “досудебные экспертизы” профессиональных ассоциаций медиков, результаты которых с какого-то перепугу СК должен учитывать?

А уж развитые “сильные юридические службы”, конечно, тут же изменят ситуацию с калечащей медициной!

И – наше нынешнее всё – страховые представители – этакие альтруисты в пользу пациентов на зарплате страховых организаций, заинтересованных побольше заныкать и поменьше потратить.

Ну, и, разумеется, клинические рекомендации в императивной форме тут же отрезвят горячие головы недовольных пациентов, следователей и судей.

То есть сапожник, пытающийся печь пирожные, с умным видом рассуждает о том, как должны поступать пирожники, тачающие сапоги.

Проблема лишь в одном: он не сомневается в собственной непогрешимости.

А на выходе – пустота в оболочке значимого пузыря.