Обречёнка?

Директор Института повышения квалификации Санкт-Петербургской академии СК РФ Татьяна Розовская также заметила, что количество оправдательных судебных решений постоянно растет, но принять такие решения правоохранительные органы могут только на основании выводов медицинских экспертов о правильности проведенного лечения и об отсутствии причинно-следственной связи между действиями врача и наступившими неблагоприятными последствиями. По словам эксперта, дефекты в работе врача оцениваются на любых этапах оказания медицинской помощи, но наиболее частый дефект – это недооценка тяжести состояния больного.

«Надо напомнить, видимо, что наши следователи расследуют одновременно самые разные дела, и медицинскими как раз не любят заниматься: в созданном недавно в СЗФО специальном подразделении пока никто работать не захотел», – призналась она.

Следователи не хотят работать в медицинских спецподразделениях

А может быть следователи не работать в специальном подразделении не захотели, а играть в «морской бой» вместо работы?

Ведь для того, чтобы заниматься делами такого рода, надо знать теорию. И теория должна быть не ложной. И юридические правила — релевантные нормы права — тоже. Да плюс еще — какие-никакие познания в медицине (и совсем немалые!).

А что имеем?

Вместо теории — революционная целесообразность по Кагановичу.

Вместо правового закона — советский уголовно-правовой эрзац, малоприменимый к медицинской практике.

Вместо медицинских познаний — ноль, помноженный на «палочную» систему.

И кто в таких условиях захочет «работать в специальном подразделении»?

И вот ведь находятся такие, которые удивляются, что мазохисты перевелись!