Медицину уничтожают интоксикация глупости и бациллы невежества

Прочитал статью абсолютно мне не известного прежде журналиста Андрея Маленького с претенциозным названием «Кто экстремист? Кто уничтожает медицину в России?«.

Статье препослана аннотация: Как нам справиться с интоксикацией пациентским экстремизмом и искоренить бациллы врачебного экстремизма?

Все в одном флаконе: и экстремизм, и его фокусировка, и уничтожение медицины, и поляризация интоксикации и бацилл.

Это, конечно, заказуха в чистом виде. Но симптоматичная.

Намедни тут отраслевой наш голубь мира поп Гапон как раз и породил эту странную связку: маргиналы, мол, с обеих сторон. И те, кто благодарность в карман белого халата требует упредительно, и те, кто, как агнцы на заклание, попадают в лапы злобных манипуляторов с дипломом юрфака.

«Мы знаем юристов, которые, как пиявки, сидят на нашем теле, которые выискивают родственников больных, у которых были осложнения, маленькие или большие, и подают в суд, в следственные органы…». В современных процессах счет идет уже не на тысячи рублей, а на миллионы, отметил он: «И много народа, падкого на это».

Много лет назад, в 99-м или 00-м, помнится, я уже слышал один-в-один эту фразу от другого профессора. Дело было на одной из первых конференций «Медицина и право» (Институт «Открытое общество . Фонд содействия». Международная Академия предпринимательства). Когда до меня дошла очередь, я начал выступление с того, что прямо и открыто заявил, что я, как раз, тот самый, кто… (далее по тексту). Реакция собравшихся была ожидаемая — зал взорвался от хохота. Инициатор сидел весь красный, как вареный рак — я боялся, не случился бы удар у пожилого недоросля. Тот как бы отделял себя, этакого защитника врачей, от таких, как я — юристов на стороне не халата, а права. И вот — еще один!

Фразеологический пафос последнего — совсем другой, а смысл — тот же.

Казалось бы, говорит разумные вещи:

«Время, когда человек становился доктором только потому, что кое-как сдал экзамены, получил диплом сразу после окончания вуза, заканчивается. Впервые, как это принято в передовой мировой врачебной практике, запускается процедура допуска врача к врачебной деятельности. Потому что нас не должны лечить двоечники и троечники. Врачи — это каста. Надо в разы увеличить прием в вузы и отсеивать после первого курса, затем — после второго и так дальше. Так получится элита».

Но вот что интересно: сам-то он получил допуск не в условиях передовой мировой врачебной практики. И сын его (а мой сокурсник) — тоже. И я, прежде чем встать к столу на место оперирующего гинеколога, и интернатуру закончил, и ординатуру, и еще поработал. И не считаю, что «кое-как». И да, я не отношу себя к элите. Но уж точно не считаю элитой и его, да и 90% нынешних бонз-функционеров.

Я считаю элитой тех, кто работает в маленьких больничках по городам и весям — не «благодаря», а «вопреки». Вопреки инициативам и пустопорожней болтовне рошалей, скворцовых и иже с ними. Этим нужно утвердить себя, любимых, на фоне тех, кого ОНИ признают или готовы признать элитой. А вот мне глубоко фиолетово, кто является элитой в их глазах. Для меня, например, элита — это хирург Андрей Владимирович Славнов из Селятинской больницы и такие, как он, — простые труженники клинических будней.

Так вот месседж послания Рошаля вполне прозрачен: он тупо хочет возглавить процесс «допуска врача к врачебной деятельности«. Только вот хотелка не дотягивает. Отсюда этот старческий «плач Ярославны». Не получается так, как хочет Рошаль. И не получится. Даже если еще десяток журналистов маленьких напишут комплексный панегирик в адрес нацмедпалатмейстера. Потому что рошалей в стране — семеро с ложкой, а славновых — единицы с сошкой.

И тут вопрос не в экстремизме, конечно. Слишком это близоруко и примитивно. Какой экстремизм, если речь просто о тех экономических возможностях, который каждый использует так, как считает нужным и хочет сам, а не так, как хочет и считает правильным Рошаль? Мало кому интересно, что хочет Рошаль, когда речь — не о кармане Рошаля.

Хотят врачи зарабатывать так, как не нравится Рошалю, — они и зарабатывают. Хотят юристы зарабатывать так, как не нравится Рошалю, — и они тоже именно так и зарабатывают. Хочет еще кто-то зарабатывать так, как он умеет, как ему нравится, как он считает нужным и возможным для себя, как необходимые для этого возможности складываются в обороте, — так этот кто-то и зарабатывает, нравится это или не нравится Рошалю або кому бы то ни было еще.

Следовательно, вопрос — в возможностях. Если уж что-то менять, то — условия. Чтобы с ними менялись и возможности. Чтобы нужды, потребности, запросы людей — по обе стороны белого халата — совпадали с их возможностями. И не иначе. Потому что под дудку рошалей — и кого бы то ни было еще — люди плясать не будут. Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше. Это старая известная истина.

Отсюда: это Рошалю нужно завести другой глобус, чтобы понимать положение вещей. К несчастью, он уже слишком давно не в том возрасте, чтобы хоть как-то меняться. Его когнитивная живость, подозреваю, угасла лет тридцать назад.

Поэтому ориентироваться на точки отсчета в его системе координат, как это делает журналист Маленький, видимо, не стоит.

Странная вещь: Рошаль рассуждает о врачебном профессионализме как о выходе из образовательного процесса в рабочий процесс. Точнее — в работу в учреждениях здравоохранения. Еще точнее — в качестве служащих бюджетной сферы. Чуждая его тонкой душевной организации частная медицина вроде бы состоит не из врачей, не из профессионалов — по крайней мере, не из российских.

Это ничуть не мешает ему ссылаться на то, что на проклятом Западе на охрану здоровья тратится 10% от ВВП. Не уточняет при этом, правда, что эти проценты ВВП тратятся не на содержание государственных учреждений здравоохранения, которых там попросту нет.

Не уточняет при этом также, что на Западе эти проценты идут и не на содержание полчищ административного люда.

Умалчивается и о том, что если бы в какой-то из стран Запада администрировали заработок врачей так, как в России, они тут же перебрались бы в другие страны, где этого нет. А этого нет нигде. Поэтому любые ссылки на Запад у нас не состоятельны в принципе.

Спев осанну Рошалю, журналист Маленький принялся чехвостить саму тусовку, на которой выступал имярек. В общем-то правильно, что Всероссийский союз пациентов — объединение вовсе не пациентов, а организаций, притянутых за уши их руководителями. Как и вообще поле пациентской общественности усеяно вовсе не теми.

«Помимо ВСОО пациентов и Совета общественных организаций при Росздравнадзоре, есть и множество других общественных организаций, ассоциаций, фондов, партнерств, союзов пациентов по большинству видов их заболеваний. Есть множественные объединения врачей и пациентов по видам заболеваний. Есть общероссийская общественная организация «Лига защитников пациентов», общество с ограниченной ответственностью «Лига защиты прав пациентов», автономная некоммерческая организация «Лига защиты прав пациентов и врачей». Есть союзы семей пациентов. Есть общества защиты прав потребителей медицинских услуг, по безопасности пациентов и так далее, и тому подобное. В ЕГРЮЛ только перечисление организаций занимает несколько страниц«.

Это правильно. Никакие это не пациентские объединения. В лучшем случае — это клубы по интересам (хотя и в них в большинстве право голоса узурпировали ловкачи). В худшем — это театры одного актера-микрофюрера. Утверждаю это, поскольку анализировал ситуацию много лет назад.

Однако, значит ли это, что — если абстрагироваться от странной номинации «врачебного экстремизма» — на поле медицинской общественности полный или хотя бы неполный, но порядок? Значит ли это, что нацмедларек Рошаля представляет хотя бы какой-то срез медицинской ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ общественности? Вот ведь тоже нет!

Касаться недолгой истории тусовок этой самой медицинской общественности нового времени не буду, как и истории взаимного пожирания различных их наименований, но удивительно последовательного перетекания практически одного и того же состава начальствующего звена этих тусовок из одной ипостаси в другую. Невольно вспомнишь нашего главного филолога последнего времени, покойного Виктора Степановича Черномырдина — какую, мол, партию у нас не строй, все выходит КПСС. Эту ситуацию много лет назад я тоже анализировал.

И вот что удивительно: все это время все вертится в одной и той же плоскости. Противопоставление Рошалем организаций частной медицины и государственных учреждений здравоохранения — отнюдь не свежая мысль.

Помнится, было какое-то очередное заседалище по этому поводу, где Мурашко и Серегина пытались что-то проблеять в поддержку государственных учреждений здравоохранения.

Но Тимофей Нижегородцев [это по-настоящему умница из ФАС, если кто не знает] был более убедителен: «Одно из основных преимуществ конкуренции, как общественного блага, в том, чтобы караси в государственных структурах не дремали. Иначе они так и будут руководить медициной как трудовой армией эпохи Семашко, а их подчиненные также будут руководить больными: хотим, оказываем помощь, хотим, час им оставляем на все. Штука заключается в том, что никто же не мешает им повышать качество услуг в государственных медучреждениях. Вот и улучшайте его: занимайтесь врачами, платите им нормальную зарплату, осуществляйте эффективный контроль. Но, сколько я сталкивался, всех увлекает возможность безусловного административного управления на грани произвола», — прокомментировал он и добавил, что, если государственные медучреждения не могут справиться с возложенной на них функцией, то их место по праву могут занять частные клиники.

Лучше не скажешь. Караси в государственных структурах так и руководят медициной как трудовой армией эпохи Семашко, а их подчиненные также продолжают руководить больными в порядке административного управления на грани произвола. И ничто не меняется. Хуже другое: наша частная медицина — это срез тех же традиций. И все вот это вот добро государственного здравоохранения частная медицина успешно вобрала в свой обиход. И вместо противопоставления мы получаем очень слабо дифференцированный конгломерат «французского с нижегородским».

Это не мешает журналисту Маленькому сделать сногсшибательный вывод.

И пациентский экстремизм, и врачебный экстремизм — это побочный результат извращений в сотрудничестве представителей государства и общественных активистов, разболтанности в системе управления в отрасли, дисбаланса в сообществе врачей и пациентов и его разобщенности на тысячи некоммерческих организаций, объединившихся ради преодоления этой самой разобщенности. Над этим бы подумать таким авторитетным личностям в медицинском сообществе, как Л. Рошаль, перед тем как принимать приглашение для участия в разного рода конгрессах. Минздраву тоже стоит инвентаризировать формы своего сотрудничества с СОНКО на предмет суррогатности.

Оказывается, вся фишка — в извращениях сотрудничества государства и общественности! И это притом, что — пусть мельком — упомянуто понятие сообщества (правда, в качестве странного симбиоза «сообщества врачей и пациентов»).

В действительности, только в этом проблема и состоит.

Проблема в том, что нет сообщества — ни пациентов, ни врачей. И об этом я тоже писал много лет назад.

Проблема в том, что нет механизмов институционализации пациентского и медицинского сообществ. Возможно, я удивил бы журналиста Маленького , но они (сообщества тех и других) — разные. У них разные (в чем-то — до противоположности) интересы. У них разные основы институционализации. Как и разные цели и пути их достижения.

А пациентская или врачебная (медицинская) общественность — это еще не сообщество. Это отнюдь не сообщество. Это — не монолит, не неделимая цельность, а разношерстный конгломерат: в нем нет того, что обеспечивает консолидирующее единство субъектности.

Поэтому это не вопрос извращений сотрудничества государства и общественности — хотя бы потому, что для государства попросту нет субъекта, с которым сотрудничать. Общественность, в отличие от сообщества, — это никто. Как и выскочки от имени общественности — это тоже никто. А вот сообщество обладает ясно выраженной, формально — или даже неформально, но на иных основаниях едино — институционализированной субъектностью. Поэтому представитель сообщества — первый среди равных — это тот, с кем единственно можно иметь дело. В сообществе никто не узурпирует и не может узурпировать власть. А структура действительно избранных сообществом своих представителей образует орган этого сообщества.

И, самое главное, ничего нового в этом нет. Напротив, в неприятии (или непонимании) этого есть тяжелое наследие совка в его худшем проявлении местечкового байства. Ну да, в идеале совка есть Рошаль с его нацмедларьком и есть Саверский (слава журналисту Маленькому — не упомянутый в статье) с его Лигой защитников (или как уж там) пациентов. К счастью, и тот, и другой бессрочно пребывают в тяжелых воспоминаниях о несбыточном будущем.

Поэтому примитивно назваться отцом соответствующего  сообщества ни тому, ни другому ничего не дает. И дать не может.

Поэтому ни тому, ни другому просто отжать у власти и присвоить как метр государственной границы некие возможности (как то: влиять на медицинское образование, давать допуск в профессию и пр., и пр.) не получается и не получится.

Ни тому, ни другому — ни в качестве врача, ни в качестве пациента — я не делегировал право себя представлять. Подозреваю, что просто не найдется тот, кто им — вместе или поврозь, или попеременно — такое право делегировал. Это — правда.

И то, что поле представительства — равно врачей и пациентов — в России абсолютно пустое — это правда.

И насущная необходимость институционализации того и другого сообществ пока попросту никак ничем не может быть удовлетворена. Это — тоже правда.

Потому что она может быть удовлетворена не инициативой выскочек, не их пустой болтовней, и даже не покровительством этой болтовне сверху, а только лишь осознанным движением самого общества. И лишь при условии благоприятных условий для созревания таких предпосылок здесь и сейчас — объективных и субъективных.

Ни по мановению волшебной палочки, ни по щучьему велению это не произойдет.

И пока трудно сказать, как оно будет. Легче сказать, как оно НЕ будет — так, как это видят такие, как Рошаль, Саверский и им подобные.

Видимо, нужен какой-то триггер, пусковой механизм, чтобы все завертелось правильно и в нужном направлении. А пока остается только делать ставки на то, чем это будет.

Трое без собаки в тонущей лодке

Голикова заявила о неудачной оптимизации здравоохранения во многих регионах

А ничего, что сама руку к этому ой как приложила?

А ничего, что с нее здравоохранение и вошло в пике?

А ничего, что остальные фигуранты, на плечах которых она пытается выкарабкаться из дерьма по уши, были ее сподвижниками в этом?

Поэтому уж куда справедливее (хотя и не до конца честен) другой взгляд.

«Прямо скажем, неудачно»: Трое из правительства после критики Путина повинились за оптимизацию

Вот тут уже все выглядит в правильном русле: каждый пытается обелить себя и сподвижников.

«Конечно, во многих регионах оптимизация была проведена, прямо скажем, неудачно» (Голикова): это не мы, это враги под многими кроватями.

…сама тема восстановления медицинской отрасли не решалась годами. И многие районные больницы, поликлиники «в плохом, если не сказать в ужасном состоянии» (Силуанов): это не мы, это предшественники.

Ну, а Скво ничего своего сообразить просто не в состоянии — свалила в кучу мнения коллег: «Системно инфраструктуру никто не трогал с конца 50-х годов«. Ну тоисссссь в плохом состоянии больницы и поликлиники потому, что их (в качестве инфраструктуры в понимании клинициста Скво и Ко) никто не трогал с конца 50-х, а оптимизация неудачна потому, что не коснулась этой самой «инфраструктуры». А иначе оптимизация была бы прелесть, как хороша!

Как же все детерминировано углом зрения!

 

Да-а-а уж, не мешки ворочать!

Касаясь страхования профессиональной ответственности врача (Ассоциация хирургов сейчас проводит опрос среди медиков), Дмитрий Морозов выразил свое отношение к этому вопросу: «Конечно, положительно. Но кого страховать, когда я не субъект права?». В нынешних реалиях, уверен глава комитета, нужно укреплять профессиональные корпорации, увеличивать в них взносы и создавать юридические службы.

«Мы идем в этом направлении – к врачу как субъекту права. Пусть и медленно, но сделать это моментально невозможно. Мы сегодня не можем всем врачам раздать лицензию по многим причинам, а многие до нее и не дотянут», – сказал он.

Дмитрий Морозов выразил убежденность, что надо наводить порядок в этой сфере: «Врачебная ошибка нигде в мире не судится. Взаимоотношения врача и пациента лежат в плоскости гражданского права, никого за это не судят.

В Госдуме пройдет «круглый стол» о профессиональных и юридических рисках в хирургии

«С каждым годом количество гражданских исков увеличивается минимум на 15%. На самом деле это очень большой объем, особенно учитывая, что у нас в России всего 600 тысяч врачей и что это данные только по коммерческим клиникам, и только по делам, связанным с законом о защите прав потребителей. А ведь есть еще и уголовная практика, где каждое дело, как правило, тоже сопровождается гражданским иском», – уточнил Александр Аронов.

Из 100 претензий, предъявляемых клиникам, до судов доходит десятая часть. Остальные удовлетворяются в досудебном порядке. В 26% случаев гражданские дела о защите прав потребителей в сфере медицинских услуг сопровождались регрессным требованием клиники к врачу. По мнению эксперта, растущий поток исков со стороны пациентов, а также регрессные иски к сотрудникам ставят вопрос о введении обязательного страхования профессиональной ответственности врачей.

Количество гражданских исков к клиникам растет на 15% в год

Замечательный у нас законотворец! Он творчески подходит к своему делу. Вот Ассоциация хирургов сейчас проводит опрос среди медиков, и он искренне пытается использовать его результаты для обоснования необходимости страхования их профессиональной ответственности.

Человек всерьез задается вопросом: «Ну кого страховать, когда я не субъект права?» Вот так: правду — маткой!

Не беда, что страхуют не КОГО, а ЧТО. Не беда, что он, хотя и тадепут, но тоже когда-то родился, когда-то женился, возможно даже детей родил, когда-то умудрился университет закончить, и даже доктором наук стать, а потом — профессором. Не беда, что все это — в качестве гражданина, то есть субъекта права.

Его это не останавливает — лихого борца за правду. Сказал, что — не субъект, значит — не субъект. Он только идет в этом направлении. Оказывается — вместе с кем-то, с собирательным «мы».

«Пусть и медленно, но сделать это моментально невозможно». Ну да, зачем спешить? Рано или поздно это свершится!

Это «Мы сегодня не можем всем врачам раздать лицензию по многим причинам», а завтра эти причины сами собой рассосутся, «Россия вспрянет ото сна», врачи вмиг олицензятся, застрахуются — и будет всем счастье!

А что там до врачебной ошибки, то она и вправду «нигде в мире не судится». Как тот самый Джон Неуловимый — неуловимый потому, что никому не нужен. Потому что всюду врачей судят за правонарушение, а не за измышления в медицинском видении права. За правонарушения уголовные (преступления) — всюду, если имеется соответствующий состав. А там, где «Взаимоотношения врача и пациента лежат в плоскости гражданского права» — врача судят и за гражданское правонарушение. В противном случае — тоже судят, но не врача, а его работодателя или иного субъекта, кто несет ответственность за действия врача, с которым он связан соответствующими отношениями.

Все определяется не тем, что «врач — не субъект права» в понимании г-на Морозова и иже с ним, а тем, является ли врач хозяйствующим субъектом. Если нет — он несет только персональную (уголовную) ответственность за свои действия, а имущественную ответственность за эти его действия принимает кто-то другой (работодатель, как у нас). Если да, то, следовательно, работодателя у него нет, и он сам оказывает услуги, получает соответствующие разрешения (лицензии) и извлекает доходы, несет связанные со своей деятельностью риски и сам же их страхует. Короче, ИП в российском эквиваленте.

И никак иначе. Как бы обратного не хотелось думцу Дмитрию Морозову .

Что же до юриста Александра Аронова, который хочет продемонстрировать, что шибко в теме, ему достаточно просто заглянуть в Гражданский кодекс РФ, как-то в ст.402 и ст.1068 (про договорную и внедоговорную ответственность работодателя), а затем осилить главу про страхование, чтобы получить инсайт, что Чебурашки (сиречь: профессиональной ответственности) там нет. Все есть: Чебуреки, Чебоксары (в смысле гражданская ответственность — договорная, внедоговорная…), а Чебурашки — нет как нет!

И возможность регрессного иска никак не порождает оную (в смысле профессиональную ответственность) и ее страхование.

Если истина не совпадает с ее мнением — тем хуже для истины.

Процент оклада в зарплате сотрудников сферы здравоохранения в российских регионах вырос на 20–25%. Жалоб на зарплату в отрасли в последние два-три года не было, заявила 5 июня глава Минздрава РФ Вероника Скворцова.

По словам министра, процент оклада внутри зарплаты медработников составлял от 20 до 30%. В настоящее время, по рекомендации ведомства, этот показатель повысили до 50–55%. «За последние 2–3 года, вы можете посмотреть сами, поднять прессу, жалоб у нас на зарплату не было в отрасли», — цитирует Скворцову.

Скворцова отметила отсутствие жалоб на зарплату в здравоохранении

Скворцова отметила, что, согласно докладу Росстата, прирост зарплат медработников составил 26% за 2018 год.

Согласно данным СП, только 68,9% бюджетных средств было освоено. В частности, в 50 из 85 субъектах РФ не обеспечено повышение средней заработной платы среднего и младшего персонала медработников.

Скворцова назвала ошибкой интерпретацию данных Счетной палаты о зарплатах врачей. Ранее ведомство отметило низкий уровень исполнения бюджета Минздравом в 2018 году

Минздрав ссылается на «допустимую погрешность» в 5%, однако в нормативных актах такой нормы нет, указывают в Счетной палате. «Основные направления бюджетной политики на 2015 и плановый период 2016 и 2017 годов» действительно допускали, что если вы используете не фактические, а прогнозные размеры зарплат, то можете ошибаться в пределах 5%. Это была рекомендательная норма. Ее применение в сегодняшней ситуации необоснованно. К тому же, «Основные направления бюджетной политики», которые утверждает Правительство России, не могут изменять критерии исполнения указа Президента России, отмечается в сообщении.

Счетная палата предполагает, что отчасти указ выполняли формально – за счет сокращения младшего медицинского персонала. «Из официальной статистики мы видим, что средние зарплаты медицинских работников в 2018 г. росли одновременно с сокращением числа таких работников. Так, численность младшего медицинского персонала сократилось на 137 тыс. человек за год, это больше 32% по России», – привели данные аудиторы. 

Счетная палата развенчала уверенность Вероники Скворцовой в высоких зарплатах медиков. СП РФ привела данные, подтверждающие, что к 2018 г. зарплаты ни одной из категорий медицинских работников не удалось довести до уровня, предписанного в майском указе президента от 2012 г.

В Счетной палате считают необоснованным то, что глава Минздрава Вероника Скворцова, говоря про доклад Счетной палаты, указала на допустимую погрешность в 5%. «С учетом этих критериев по врачам все 85 регионов выполнили, по среднему персоналу все 85 выполнили и по младшему медицинскому персоналу 4 региона имеют отклонения от 5 до 10%», — отмечала она. 

В ведомстве отметили, что такой нормы нет. Погрешность в 5% допустима только при использовании прогнозных размеров зарплат и эта норма носит рекомендательный характер, подчеркнули в ведомстве. Помимо этого, «Основные направления бюджетной политики» не могут влиять на исполнение критериев президентского указа, отметила Счетная палата. 

В прошлом году зарплаты медицинских работников выросли за счет сокращения младшего персонала, предположило ведомство. Оно привело официальную статистику, согласно которой рост зарплат произошел на фоне сокращений. 

Счетная палата заявила об отсутствии ошибок в докладе о зарплатах медработников

Караул! Отлучают от кормушки!

Вице-президент Всероссийского союза страховщиков Дмитрий Кузнецов прокомментировал предложение Минтруда об изменении организационно-правовой формы государственных внебюджетных фондов, что, по мнению экспертов, преследует цель объединить их в единый государственный социальный фонд. Он считает сложившуюся систему социального страхования эффективной и состоятельной и называет призывы к ее реформированию популистскими.

«Удивление и тотальное недоумение вызывают предложения некоторых экспертов по созданию системы общефедерального персонифицированного учета или индивидуальных счетов. Подобные рекомендации не выдерживают никакой критики. В современных непростых условиях их реализация приведет к резкому снижению доступности медицинской помощи, а высокотехнологичную медицину сделает просто недоступной для абсолютного большинства застрахованных лиц», – предостерегает Дмитрий Кузнецов.

Дмитрий Кузнецов: избыточная централизация внебюджетных фондов приведет к развалу системы социальных гарантий

Удивление и тотальное недоумение, в действительности, вызывают стеничные утверждения страховщиков «А Баба-Яга против!»

И далее — некие отвлеченные обоснования по женскому типу: мол, во-первых, этого не было; во-вторых, это было, но совсем не так; в-третьих, это было так, но совсем иначе.

Действительно, «предложения некоторых экспертов по созданию системы общефедерального персонифицированного учета или индивидуальных счетов», ставят крест на медицинском страховании, которое кормит г-на Кузнецова. И, видимо-невидимо, неплохо. Кроме него и ему подобных оно с доплатой никому не нужно. Более того, оно вредно для всех, кроме г-на Кузнецова и иже с ним. Это с очевидностью продемонстрировало время — как-никак более четверти века.

Альтернатива — для него и ему подобных губительна. И это тоже очевидно.

Но значит ли это, что любая — подчеркну: любая! — альтернатива вредна для остальных?

Отнюдь.

С предложениями по созданию системы общефедерального персонифицированного учета или индивидуальных счетов тоже не все ясно. Возможны варианты. Разные.

Но это — единственный выход из того клинча, в который загнало страну медицинское страхование нынешнего образца.

И это бесспорно — за очевидностью.

Не кормить солитеров от медицинского страхования

Абсолютным популизмом, который навредит делу, назвала Вероника Скворцова идею объединить ПФР, ФОМС и ФСС в единую структуру, а также предложение преобразовать их в публичные компании.

Главным в работе ФОМС является принцип социального равенства. «По сути это оцифровка главного права каждого человека на охрану здоровья, которое закреплено Конституцией России», – говорит Вероника Скворцова.

«Механизм ФОМС никак не может быть смешан с совершенно другими фондами, сформированными по противоположным принципам. Более того, финансовые проблемы в других социальных сферах могут негативно повлиять на целостность и четкую организацию столь значимой для людей системы ОМС, являющейся базой для бесплатного оказания медицинской помощи», – резюмировала Вероника Скворцова. По ее словам, то, что сейчас работает хорошо и безотказно,  будет подвергаться не реформированию, а совершенствованию – за счет усложнения функционала страховых медорганизаций и представителей и за счет внедрения цифровых технологий.

Минздрав выступает жестко против объединения ПФР, ФОМС и ФСС

«ЭТО АБСОЛЮТНЫЙ ПОПУЛИЗМ, КОТОРЫЙ ПОЙДЕТ ВО ВРЕД ДЕЛУ»

В упор не вижу!

Это насколько же надо людей считать идиотами, чтобы подменять право на охрану здоровья механизмом ФОМС?

Действительно, не нужно объединять ПФР, ФОМС и ФСС. Надо просто ликвидировать ФОМС с его паразитическим механизмом увода народных денег в частные коммерческие страховые структуры. Только вместо колхоза по Семашко — заимствовать у немцев больничные кассы по системе Бисмарка в современном варианте.

И будет нам счастье!

Ура забалтывателям простаков!

Председатель Федерального фонда ОМС (ФФОМС) Наталья Стадченко на заседании круглого стола руководителей территориальных фондов ОМС заявила, что в 2020 году в 36 регионах заработают офисы досудебного урегулирования споров, возникающих при получении услуг по полису ОМС. Первые такие подразделения страховых компаний появятся в мегаполисах.

В 36 РЕГИОНАХ ПЛАНИРУЕТСЯ ОТКРЫТЬ ОФИСЫ МЕДИАТОРОВ ПО ПАЦИЕНТСКИМ КОНФЛИКТАМ

Повсюду, где забава и забота,

на свете нет страшнее ничего,

чем цепкая серьезность идиота

и хмурая старательность его.

Танцы с бубнами вокруг «врачебных ошибок»

«Так-то оно так, если конечно, но в случае чего — вот тебе, пожалуйста!»: треп ради трепа.

ЯТРОГЕНИИ И ЗЛОДЕЯНИЯ: СК И МЕДИКИ – О ВРАЧЕБНЫХ ОШИБКАХ

Нацмедларек ищет противоядие ятрогенной активности СК: бред ради бреда.

НМП попросит Верховный суд разрешить привлекать судей в отставке к разбору жалоб на врачей

Адвокаты развернули объятья Следственному комитету — запахло деньгами.

Гильдия российских адвокатов готова сотрудничать с Нацмедпалатой

И даже богохульники-святотатцы возбудились: от танцев в храме — к защите пациентов от врачей-убийц. Тот же пиар, только вид сбоку.

«Зона права» запустила федеральную «горячую линию» по врачебным ошибкам

Разговоров много — смысла мало.

Каждый шаманит и кликушествует, но никто не говорит, что, откуда и почем.

Ни отправных начал, ни вектора, ни обоснований, ни конкретики.

Куда мы идем? Туда ли? И идем ли вообще?

Рецидив

Скворцова опять спасла жизнь человеку. В пятый раз за шесть лет.

Удачно оказывается в нужном месте в нужное время.

И есть заразившиеся: «Врач — это на всю жизнь». Глава Минздрава Ингушетии спасла пассажирку самолёта

Помнится, в ординатуре наблюдал профессорскую операцию.

Операционная сестра — из старослужащих.

Готовила заранее отстерилизованный по случаю набор позолоченных инструментов для главной фигуры.

Намывались особо приближенные, вскрывали брюшную полость и … зависали (с лапками под салфетками).

Минут через сорок в операционную вплывала намытая заведующая.

Делала — разумеется, блестящий! — разрез и отбывала восвояси к себе в кабинет.

Зашивались и заканчивали действо ассистенты.

Много позже, работая рядовым врачом в обычной скоропомощной больнице и делая такие же операции по 15-20-25 минут, я так и не смог понять, зачем ТОГДА был нужен этот цирк.

Я никогда не мечтал быть на месте той самой завкафедрой.

А вот Вероничка, видимо, мечтала.

И осуществила свою мечту.

И отныне — повелевает.

Больными и не очень.

Подчиненными и не очень.

Теперь она — цирковая.

«Лечит» почтенную публику.

Словом — в министерстве, делом — в самолетах.

Все остальное — добрым взглядом.

Цена вероничкиных ужимок и прыжков

Россия в рейтинге здоровых стран оказалась между Кабо-Верде и Вануату

В 2018 году смертность населения выросла в 32 регионах России. Смертность населения выросла в 32 регионах России, хотя средний показатель по стране в 2018 г. остался на уровне 2017 г. К таким выводам пришли эксперты Фонда независимого мониторинга «Здоровье» на основе данных Росстата.

Игры в статистику с кампаниями «против» (курения, алкоголя и пр.) ни к чему толковому и не могли привести.

А про содержательную деятельность «за» она представления не имеет.

«Главное — чтобы костюмчик сидел». В высоком кресле.

Фокусница Вероничка — сидит на полу и не падает!

Минздрав РФ уведомил о разработке проекта федерального закона, который позволит Росздравнадзору возбуждать дела об административных правонарушениях в отношении чиновников региональных минздравов и должностных лиц медуреждений.

МИНЗДРАВ ПРЕДЛАГАЕТ ВВЕСТИ ПЕРСОНАЛЬНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ РУКОВОДСТВА МЕДУЧРЕЖДЕНИЙ ЗА НЕКАЧЕСТВЕННУЮ МЕДПОМОЩЬ

По данным Минздрава, ежегодно 60% обращений россиян, поступающих в Росздравнадзор, связаны с доступностью и качеством медпомощи.

Министерство здравоохранения уведомило о разработке законопроекта о введении новой административной ответственности для руководства медучреждений и региональных властей в сфере здравоохранения. 

Она будет грозить тем, кто не сможет создать условия для предоставления качественного и доступного лечения. Руководству клиник — за невыполнение обязанности создавать условия, обеспечивающие соответствие медуслуг критериям оценки качества медицинской помощи, а медицинским чиновникам — за действие или бездействие, которые влекут неисполнение условий для развития медицинской помощи, обеспечения ее качества и доступности.

Согласно законопроекту, составлять протоколы об административных правонарушениях будут сотрудники Росздравнадзора.

Главврачей и медицинских чиновников начнут штрафовать за некачественную медпомощь

Вот оно что! Одна из причин обновления законодательства – большое количество жалоб граждан по вопросам качества и безопасности медицинской помощи, поступающих в Росздравнадзор. Ну кто бы мог догадаться!

[spoiler]Все дело — в административной ответственности. Которая пока не дотянулась до поместных главнюков и региональных чинуш.

Ну, дело хорошее.

Только вот мучает вопрос: почему же на гниющем Западе без этого обходятся? Без административки для врачей и функционеров.

И всплывает только одна догадка вопросом на вопрос: неужто потому, что там жалоб нет? По вопросам. И уж прежде всего — по вопросам качества и безопасности медицинской помощи.

Неужели до тамошних аборигенов не доходит идея о жалобах? И напрашивается еще один инсайт: там судебная система работает и работает эффективно.

Какие жалобы, если есть суд? Жалобщика просто не поймут.

Не потому, что нельзя обратиться в государственные конторы, а потому что те, понимая пределы своих полномочий, жалобы не примут, переадресовав заявителя в суд.

Для жалоб по административной линии там есть только очень узкий коридор. Там просто существует иной, сугубо экономический механизм, когда пациент обращается к той организации, в которую платит сам или платит за него третье лицо — и все решается. Решается уже этой организацией с обидчиком — медицинской организацией. Решается тамошним рублем.

Просто ТАМ пациент интегрирован в платежный механизм.

А у нас — нет. У нас пациент — никто и звать никак. Не более чем статист для расчетов в верхах на его долю. И только.

И у нас от лица пациента не выступает никто. И ни в каких отношениях.

Если от лица, то — лишь от лица государства. От лица государства у нас выступает Росздравнадзор. В интересах качества и безопасности медицинской помощи пациентам? Щазззззззззззззззззззззззз!

Это лишь повод. А причина — интересы государства. Финансовые. От штрафных санкций. А то ведь врачи и пациенты в ЛПУ жируют!

Ну, и на десерт: продвижение Росздравнадзора. Как главного по этим тарелочкам.

Вот так очередной раз убивают хорошую идею, вполне работоспособную на Западе. Но в оригинале там она выражается совсем в другом. Если случается такая незадача, и пациент обращается в суд, то к ответственности привлекают причастного к этому врача, медицинскую организацию, на базе которой он ведет свою деятельность, и надзорный орган (в аналогиях — тот самый Росздравнадзор).

А у нас Росздравнадзор — как жена Цезаря — вне подозрений. Ему поручают мылить холку должностным лицам. А вот из-под ответственности Росздравнадзор выведен. Он не отвечает ни за что (в смысле не лозунговой, а реальной ответственности), но уполномочен возлагать ответственность на других. Только мне видится в этом какая-то порочность, ущербность, не?

А проблема в другом. Чего хотят не замечать в Минздраве.

В здравоохранении мы скатились ниже низшего предела. И одними лишь мантрами про вопреки действительности достигнутые виртуальные высоты делу не поможешь. Борьба против (табака, алкоголя и т.д.) тоже пустое. А борьба «за» — не ведется. Медицина — все глубже. Здоровье — все хуже.

Короче — полная *опа.

Вот Вероничка и забилась в истерике, возомнив себя в запахах приближающейся весны Карабасом-Барабасом.

А то В МИНЗДРАВЕ ЗАДУМАЛИСЬ О ПРОДВИЖЕНИИ РОССИЙСКОЙ МЕДИЦИНЫ В ДРУГИХ СТРАНАХ, а на родных просторах оная давно полегла. Как нефть и газ — на экспорт уйдет?
[/spoiler]

Вероничкины скрепы: курение и алкоголизм

Оказывается, здравоохранение у нас находится между двух огней: курением и алкоголизмом.

С которыми, собственно, наша стеничная министресса и борется.

И это — предмет обсуждения не только среди медиков: Наверное, она просто не любит мужчин. Да и всех россиян…

Новая концепция развития здравоохранения, как ее видит Скворцова — «каждый человек из пассивного участника должен превратиться в активного партнера в сохранении собственного здоровья».

Разберем детально этот ее постулат.

1. Каждый человек ДОЛЖЕН.

Должен — кому?

Вероничке? Может быть, все сколько там — сто сорок — миллионов дорогих россиян задолжали министрессе? Тогда — когда, сколько, в силу чего? А она — старуха процентщица? И где в этом случае ходит Раскольников? Пошто тянет?

А-а, нет! Каждый задолжал не лично Скво, а в ее лице всему, так сказать, институту, который она представляет! Власти то есть! Государевым людям. Чиновничеству. Бюрократии. Слугам народа, одним словом.

Ну, это больше похоже на правду. Тем более, что глас народа это подтверждает и на перспективу: ГЛАВНЫМ РИСКОМ НАЦПРОЕКТА «ЗДРАВООХРАНЕНИЕ» ПРИЗНАНА КОРРУПЦИЯ

Но продолжим.

2. Должен — на каком таком основании?

На основании указующего перста одержимой дамочки при должности? Ну, для исполнения велений наполеонов и прочих цезарей у нас существуют целые дома скорби. Правда, вельми плохо финансируемые — благодаря ей же.

Все прочие основания — только в силу закона. Федерального, на минуточку. В силу оснований, перечисленных в Конституции. В третьем пункте 55 статьи: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

3. Про «пассивного участника» и «активного партнера».

Вот я не понял: это она про людей нетрадиционной сексуальной ориентации? Ничего не имею против них, но, как бы унизительно для Веронички это не было, я к ним не отношусь. Допускаю, что ошибаюсь, но думаю, что и 90% популяции тоже.

4. Про «партнера» — отдельно.

Партнер — он же не обязательно половой. Хотя и такое понимание термина Вероничкой, видимо, не исключается.

Партнер — это тот, кто на одной с тобой стороне. В том числе и против прочих третьих лиц. Партнёр (фр. partenaire — участник): Напарник, соучастник. сожитель. участник в какой-либо совместной деятельности. Компаньон по бизнесу. Член какого-либо партнёрства. Это словарное определение.

Это не контрагент, с которым совершаются сделки в порядке обмена предоставлениями. Например, на рынке. Или в верхах, когда  интересы не основаны на том, чего хотел добиться друг детства Остапа Бендера Коля Остен-Бакен от подруги его же детства, польской красавицы Инги Зайонц — на взаимности. Об этом, например, не знают в наших верхах, называя партнерами именно контрагентов.

И вот интересно, партнерами кого «в сохранении собственного здоровья» должны становиться граждане в глазах Скво? [Или правильнее сказать «подвластные в глазах власти»?] Партнерами самой Веронички? Или партнерами Министерства, Правительства и Президента? Или партнерами друг друга (соседей, родственников, работодателей и т.д.)? Или партнерами, не приведи Господи, врачей?

А с учетом вышесказанного — если все задолжали власти, но должны с ней партнерствовать — как-то власть получается с низкой социальной ответственностью, не? Она — кагбэ партнер и со всеми партнерствует в долг. Какой-то публичный дом. Или я ошибаюсь?

5. Про «сохранение здоровья».

«Чтобы продать что-нибудь ненужное, — сердится кот, — надо сначала купить что-нибудь ненужное» (с).

Чтобы сохранять здоровье, его надо иметь на доступном для сохранения уровне.

Нельзя сохранять то, что не имеешь возможности сохранить.

Чтобы сохранить что-то хранимое, надо сначала обеспечить сохранность этому хранимому.

А здравоохранение, перефразируя незабвенного Грызлова, это не то место, где сохраняют здоровье.

Здравоохранение — это та сфера, где граждан верстают в здоровые. Как в казаки.

Ну, а кто не с нами, тот — против нас. И против себя. И против всех. Его нужно подвергнуть остракизму. Как Фемистокла, Аристида и Дамона.

Тогда расчистится путь скворцовым, «чтобы переложить высокую смертность россиян на них самих. Т.е. спасение утопающих — дело рук самих утопающих. А Скворцова тут вообще не причем. Умерли — сами виноваты. Пить надо меньше».

Коррегируйте свою речевую продукцию — здесь вам не там!

UPD: Минздрав представил, предположительно, последнюю версию стратегии по продвижению здорового образа жизни в правительство. Новый документ в сравнении с предыдущими версиями более концептуален, сильнее ориентирован на стимулирующие госрасходы и в меньшей степени на экономические меры принуждения к благополучию. Текст уже не содержит идей жесткого регулирования производителей питания, которые ранее блокировало Минэкономики. Экономические стимулы к сохранению здоровья, предлагаемые Минздравом, вряд ли могут быть реализованы в ближайшее время, хотя стратегия может быть согласована правительством до 15 февраля.

Подоспела информация вовремя.

Вот совершенно понятно, что не экономист она ни разу.

Но могут ли возникнуть предположения, что она врач-организатор?

Предвестники весны?

Координационный совет Минздрава по государственно-частному партнерству был создан в январе 2014 г. В его полномочия входит разработка механизмов ГЧП, направленных на развитие инфраструктуры и повышение качества и доступности медицинской помощи; рассмотрение вопросов совершенствования нормативной правовой базы, снятие ограничений по привлечению в сферу здравоохранения частных инвестиций.

По данным Минздрава, за период с 1 июля 2017 г. по 30 июля 2018 г. общий объем инвестиций только по заключенным концессионным соглашениям в сфере здравоохранения превысил 10 млрд руб. Абсолютным лидером по количеству ГЧП-проектов является нефрология, на долю которой приходится 40% соглашений, где инвестор участвует не только в создании, оснащении, но и в последующей эксплуатации инфраструктуры. Далее следует онкология, включая ПЭТ, КТ И МРТ (12%), экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО), первичная медико-санитарная помощь и стоматология (по 7–8 %), хирургия, лабораторные услуги и др.

Минздрав усиливает поддержку проектов ГЧП

Зима далеко еще не прошла, а клоунесса уже возбудилась.

Не ведая, что «В одну телегу впрячь не можно Коня и трепетную лань».

По данным Минздрава за период с 1 июля 2017 г. по 30 июля 2018 г. общий объем инвестиций только по заключенным концессионным соглашениям в сфере здравоохранения превысил 10 млрд руб. Но что-то нет пруфлинков на то, что, во-первых, отдача от инвестиций состоялась, и, во-вторых, что эти соглашения пролонгируются. А вот информации об обратном — пруд пруди. Вспомнить хотя бы историю с частной конторой, из которой выпрыгнул во власть Печатников.

Что-то одно: либо портки одень, либо крест сними; либо сделай практическую медицину частной, либо забудь про «партнерство» с бизнесом.

Партнерство — это трое в лодке, не считая собаки. А рыба, которую они ловят, им — не партнер. Как и собака, которую не считают.

А тут Минздрав в роли такой собаки решил, что те самые трое в лодке будут ловить рыбу не себе, любимым, а в качестве бенефиции собаке-Минздраву.

Мечтать не вредно, но голову при этом включать не лишне. Впрочем, задача прозаседавшихся состоит в забалтывании, а не в созидании чего бы то ни было. Поэтому глупость ГЧП компенсируется импотенцией профильного Координационного совета Минздрава.

Скрепы есть — мозгов нет

Вероника Скворцова отметила, что для создания единой системы здравоохранения есть единые скрепы: единая нормативная база и методология, программа госгарантий, единая тарифная политика и база ОМС, единые способы оплаты для разных видов медицинской помощи и методика расчета потребности в медицинских кадрах.

Вероника Скворцова: для создания единой системы здравоохранения есть единые скрепы

Даже одна неверная посылка на входе рождает недоразумение на выходе.

А тут полностью отвлеченные от реалий искусственные построения предлагается считать путём к сдвигам в невиртуальной действительности?

Вокруг — всё хуже и хуже, а в речах клоунессы — всё только лучше и лучше.

Кому она втирает?

Дойка бюджета не удается. Мешают заборы. Виноват Минздрав. А то бы население выздоравливало бы, как мухи!

Вступивший год назад в силу закон о телемедицине не способствовал развитию отрасли, а, наоборот, привел к потере к ней интереса со стороны медучреждений. Это следует из опроса представителей более сотни клиник. Так, в 2018 году 72% клиник внедрили в своих учреждениях телемедицину, но только 67% готовы продолжить развивать ее в 2019 году. Это может быть связано с рядом до сих пор не решенных Минздравом регуляторных вопросов.

Клиники отворачиваются от телемедицины. В этом виноваты законодательные барьеры

А ничего, что сопутствующих телемедицине проблем — куда более существенных — воз и маленькая тележка?

Например:

Лечение по телевизору, оплата по факсу

И почему они не хотят подставляться?

Захотелось начать все менять и встать – а удалось только пукнуть и лечь

И это только «например».

Несколько лет увлеченности дурью — и вот, наконец, нечаянная радость: забрезжило долгожданное понимание.