Или мне показалось?

Вот совсем не в тему блога, но уж больно наглядно.

Пресненский районный суд Москвы поставил точку в громком процессе футболистов Павла Мамаева и Александра Кокорина.

Я ни разу не спортфан, и мне совершенно безразличны эти люди, которые, если и вызывают, то – лишь неприязнь.

И приговор прецедентный: даже не слышал об аналогичных наказаниях за мелкую хулиганку, раздутую до масштабов народного бедствия.

А цитаты мотивировочной части приговора завораживают.

«… желая продемонстрировать окружающим пренебрежительное отношение к ним (…)…”

«Желая противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним…”

Может быть, я что-то недопонимаю.

Но вот ведь нарушая общепризнанные нормы поведения (…) используя в качестве оружия деревянный стул, они нанесли не менее трех ударов в область головы ранее незнакомому Паку, причинив ему телесные повреждения и черепно-мозговую травму» – это мне внятно. Действительно, описание правонарушения хулиганов-спортсменов вполне ясное, четкое, лаконичное.

Но как суд установил желание? И чем обосновал? Есть ли объективные свидетельства того, что хулиганы что-то там желали?

Ну, действительно, по пьяни чего только не возжелаешь, так? Но даже если с громадной натяжкой принять пьяный угар за желания, то, протрезвев, фигуранты просто не смогут свои алкогольные интенции определить как желания. Кто-то за них постарался? Или судья просто так решила – как судья?

Вот как-то странно звучит после этого: Судья Абрамова исключила из действий подсудимых предварительный сговор, решив, что они действовали спонтанно, не распределяя роли. То есть с одной стороны хулиганы что-то там желали, а с другой – действовали спонтанно.

Желание – это мотивированный импульс для достижения желаемой цели. Мотивация и цель – не для спутанного алкоголем сознания. А стремление к цели – не спонтанность. Какие уж тут желания, если человек лишь слегка в сознании (как чуть-чуть беременная).

К чему я это все?

Может быть, проблема не в преступных хмельных “желаниях” парочки хулиганов? Может быть, “если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно”?

Интересен состав курительной смеси

В итоге получается, что сегодня рассчитывать на справедливое разбирательство врачебной ошибки или даже его преступной халатности не приходится.

Возможность отозвать лицензию позволит врачебному сообществу избавиться от нерадивых коллег, а система штрафов – это хороший стимул к тому, чтобы врачи учились, повышали свою квалификацию.

Единственным выходом из ситуации может быть введение административной ответственности. Должен быть целый букет административных наказаний – от небольших штрафов до лишения права заниматься медицинской деятельностью. А то у нас сегодня из-под действия УК куча нарушений вообще выпадает.

Неосторожно умершие. Рассмотрению в судах дел о медицинских ошибках мешают цеховая солидарность и страх уголовного преследования

Вот какая такая врачебная ошибка?

Какая такая халатность недолжностного лица? И, кстати, она бывает и не преступной?

Ну, ладно, когда наш кучерявый вангует – диагноз обязывает, да и к этому все уже давно привыкли.

И что, журналисты тоже душевные такие пациенты? Или просто такие же невежды? Или эффект затягивания у кудряша такой?

Какую такую лицензию отозвать, у кого – у врача? У врача ее и не бывало.

Какие такие административные наказания взамен уголовной ответственности? Новое слово в юриспруденции?

Наказания-то – ради наказаний? Потому как поля УК на врачей не хватает? Чтоб уж в таком прыжке достать жертвенную тушку эскулапа?

Пришел из дурки клоун и как слон в посудной лавке переиначил теорию права?

Неужто кроме меня никто не задается всеми этими вопросами?

“…дабы дурь каждого видна была”. Потребители и пациенты: Роспотребнадзор и здравый смысл

Обратился в Роспотребнадзор: кто у нас потребители в сфере охраны здоровья.

Роспотребнадзор не признает потребителями пациентов. Это также не функция Минздрава и Росздравнадзора.

[spoiler]И законодательные новации последних лет, и эксперименты с бюджетной оптимизацией и ГЧП, и противостояние Росздравнадзора и ФАС пациентам отдаются только ухудшением их положения.

Общественность, присвоившая себе право выступать от имени пациентов, занята личным позиционированием при органах власти.

Информационный шум, о котором недавно упоминала в прессе руководитель Роспотребнадзора г-жа Попова, неуклонно растет во всех стратах общества, и противопоставить ему нечего и некому.

Предлагаю организовать специализированное подразделение, ориентированное на формирование информационной культуры в сфере охраны здоровья в интересах пациентов и создание условий для определения, измерения и оценки предлагаемых пациентам товарных предоставлений медицинского назначения, исходя из информационной асимметрии, в формате понимания обывателем и с учетом небезопасности любого медицинского пособия.

На вопрос, кто же у нас потребители в сфере охраны здоровья и кто ими занимается, вот такой ответ получил из Роспотребнадзора.

 

 Ответ - копия_cr

Ну, опустим тавтологию. От весенней одури не застрахован никто. И та же Ирина Викторовна Брагина, доктор медицинских наук, Заместитель руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, одна воспитывающая мужа и сына.

И даже Прусаков Олег Владимирович – Начальник Управления защиты прав потребителей Роспотребнадзора.

И я уж готов было признать хулением высокого на основе ничем не мотивированного ошибочного утверждения в своем обращении в Роспотребнадзор, но вдруг показалось, что изначально сие досточтимое ведомство ссылается не на закон, т.е. не на нормативно-правовой акт высшего представительного органа государственной власти или самого народа, регулирующий наиболее значимые отношения, воплощающий права и свободы человека. Ссылка-то – на Постановление Правительства, утверждающее Правила предоставления гражданам «платных» медицинских услуг.

Вот мол ежели так, если намереваются или получают услуги за плату, тогда – потребители.

Одновременно – там же – «потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Т.е. если облизывается или уже получает «платные» услуги, то – потребитель, а если получает, даже не планируя облизываться (видимо так), то пациент.

Сижу вот и чешу репу: а если все то, что гарантировано Конституцией (ну, там, зеленкой помазать или давление поверить) и за что платит государство – это потребитель или пациент?

А если платит страховщик по добровольному медицинскому страхованию – это в пользу кого: потребителя или пациента?

А еще более живой вопрос: а клиент государственного учреждения здравоохранения, с чемоданами денег втиснувшийся в палату, и бедолага, который по акции почти забесплатно получил нужное в частной медицинской организации – их как обозначим?

Обозначим – то есть все понимаем под этим одно и то же. В смысле: не тождество разностей, как предлагает Роспотребнадзор, а единство смыслов.

Возможно, я сильно удивлю г-на Прусакова, но потребитель – это гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (Преамбула к Закону РФ «О защите прав потребителей» от 7 февраля 1992 года N 2300-1). Вне зависимости от сферы деятельности, в частности, здравоохранения; вне зависимости от того, кто за него платит; вне зависимости от того, как то или иное обстоятельство или термин интерпретируют подзаконные акты.

Только тогда возникает очень неприятный для Роспотребнадзора вообще и для г-на Прусакова в частности вопрос: а чем занимаются они? Общественные советы по теме собирают? Напомню, ни Минздрав, ни Росздравнадзор пациентами не занимаются – нет этого в Положениях, на основании которых они основаны и функционируют. А вот Роспотребнадзор целиком для того и существует, чтобы заниматься потребительскими проблемами. Пока этого никто не замечал, он сидел себе за печкой и в ус не дул. И вот нашелся один, посмевший задаться вопросом, а где место Роспотребнадзора в делах пациентов. Может быть, г-н Прусаков, если числит себя юристом, купил диплом в подземных переходах у трех вокзалов?

Дилемму обозначил Леонид Михайлович Печатников: «У меня нет обязательств перед врачами, у меня есть обязательства перед пациентом»: Газета “Медицинский вестник” от 27 Март 2014 г. Однако конфликтогенность ситуации не была услышана: все ведомства как дербанили, так и продолжили дербанить практическое звено здравоохранения. Пациентам отдали краудсорсинг, ну и ничего не решающие общественные тусовки. А нужно–то совсем другое, человеческое: чтобы небезразличные люди мониторили профнепригодность – от чиновников до медицинского и технического персонала по всем фронтам.

Две персоналии уже находятся под лупой.

[/spoiler]